• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
03:58 

i'm easy like sunday morning
вот принц с совершенно пустой головой
и пользы от принца нет никакой
целый день он сидит
в потолок он глядит
наживая себе геморрой

03:31 

i'm easy like sunday morning
больно смотреть в небо - от яркого света
забываю выполнять функцию
неожидания лета
счастье подорожало -
пять фунтов за унцию
а без него я все так же жалок

послушай, мне правда не нужно
всех этих - за руку, плечи, в щеку и (ближе) в шею
но голод не терпит - послушай, послушай
я просто беру, как умею

я даю, как умею

23:18 

Повешенный

i'm easy like sunday morning
«Повешенный, если взглянуть на него по-простому, означает, что мы "застряли", зашли в тупик. При более близком рассмотрении оказывается, что за этой внешней неподвижностью кроются необходимость и неплохая возможность переосмыслить многое в жизни, а как следствие — произвести глубокие перемены, как в ней самой, так и во взгляде на нее. Пассивность, к которой мы приговорены в этот период, больше всего напоминает образ лежачего больного, — это тоже одно из значений карты. О Повешенном как об ощущении хорошо сказал К. Г. Юнг: "Висеть означает(...) и даже вполне позитивное hanging on, что, с одной стороны, означает некоторое затруднение, хотя и преодолимое, однако именно поэтому представляет собой ту редкую ситуацию, которая требует от человека величайшего напряжения, давая ему возможность раскрыть себя целиком".»

01:48 

Стивен Фрай, "Теннисные мячики небес":

i'm easy like sunday morning
Речь моя стала, разумеется, торжеством остроумия, эрудиции, вкуса и – пожалуй, можно выразиться и так – чувства такта. Как таковую, ни единый человек в зале ее не понял, даже те, кто с грехом пополам разбирает латынь. Родители, учителя и ученики знали ровно столько, сколько требуется, чтобы представить себе, насколько умна моя речь, и по завершении ее наградить меня смущенными, сочувствующими, ободряющими улыбками, которые англичане привычно приберегают для тех, кто страдает от неизлечимого рака или наличия мозгов, – причем наличие последних – вещь, на их взгляд, куда более прискорбная. В конце концов, люди, в большинстве своем, способны представить себе, что больны раком, но не способны и близко подобраться к представлению о том, что у них есть мозги.

19:25 

Bernard:

i'm easy like sunday morning
I've got to get a girlfriend, just for the summer, until this wears off. She'll be a summery girl. She'll have hair. She'll have summery friends who know how to be outside. She'll play tennis and wear dresses and have bare feet, and in the autumn, I'll ditch her, because she's my summer girl!

01:17 

i'm easy like sunday morning
Сегодня я понял, что скорее предпочел бы испытывать физическую боль время от времени, чем не испытывать ее вовсе. Я не уверен, что сделал бы выбор в пользу постоянной боли, тут еще нужно подумать. Но изредка боль нужна. Я не знаю, что бы я делал без боли.
Очень люблю легкую боль, когда затекают ноги или руки.

Этот парень, Джонатан Сафран Фоер, иногда мне кажется, что я его люблю. До чего хорошо пишет, до чего вкусно.

01:49 

Джонатан Сафран Фоер. "Полная иллюминация"

i'm easy like sunday morning
С неба посыпалась изморось, потом пошел дождь, но до того медленный, что капли можно было провожать взглядом до самого их падения. Мужчины и женщины продолжали пляску взаимоощупываний - теперь уже под аккомпанемент еврейских оркестриков, заполнивших своей музыкой улицы. Девочки ловили сачками светлячков. Они сдирали оболочку с их брюшек и натирали ресницы фосфоресцином. Мальчики давили пальцами муравьев, сами не зная почему.
Дождь усилился, и участники парада надулись самогоном и пивом до поросячьего визга. В темных закутках, где дома упирались друг дружке в бок, под балдахинами плачущих ив вершились дикие безотлагательные соития. Пары кровавили себе спины о ракушки, ветки и гальку на отмелях Брод. Они запрыгивали друг на друга в траве: медные юноши, погоняемые похотью; нефритовые женщины, суше запотевших бокалов; мальчики-девственники с движениями мальчиков-слепцов; вдовы с запрокинутыми вуалетками, разведенными ногами, мольба - к кому?
Из космоса астронавты способны различить занимающихся любовью людей по микроскопическим вспышкам света. Не света даже, а мерцания, которое легко принять за свет, - коитусова излучения. Поколение за поколением изливают его во тьму, как мед, покуда оно не достигнет глаз астронавта.
Века через полтора - задолго после того, как влюбленные, произведшие излучение, улягутся рядком на кладбище - города-метрополии становятся видны из космоса. Излучение продолжается весь год. Города поменьше тоже различимы, но уже с трудом. Разглядеть штетлы практически невозможно. Отдельные пары невидны.
Коитусово излучение - результат тысячи соитий: новобрачные и подростки, вспыхивающие, как бутановые зажигалки; пары мужчин, горящие быстро и ослепительно; пары женщин, способные светиться часами после мягких множественных вспышек; оргии, искрящиеся, как кремневые огнива, что продаются на ярмарках; пары, тщетно пытающиеся обзавестись детьми, оставляющие свой бесплотный оттичк на материке подобно тому, как, погаснув, яркий свет оставляет бесплодную вспышку на глазном яблоке, стоит только от него отвернуться.
Бывают ночи, когда некоторые места мерцают ярче обычного. Трудно, не щурясь, смотреть на Нью-Йорк в день Святого Валентина или на Дублин в день Святого Патрика. Древний, обнесенный стеной, Иерусалим вспыхивает, как свеча, в каждую из восьми ночей Хануки. День Трахима - единственный день в году, когда крошечное местечко Трахимброд различим из космоса, когда коитусово излучение достигает в ней такого накала, чтобы озарить польско-украинские небеса. Мы здесь, - известит астронавтов сияние 1804 года полтора столетия спустя. Мы здесь, и мы живы.

01:35 

i'm easy like sunday morning
По числу нитей на моих запястьях всегда можно судить о моих делах. Их мало, если все хорошо. Их много, если плохо. Бывают времена, когда эти нитяные петли появляются на только на руках, но это очень тяжелые времена. Не будем о них.
Нить вокруг запястья - это способ справиться с тревогой. Это хороший способ, он действует сразу несколькими путями. Для начала, само завязывание нити это ритуал. Ритуалы здорово успокаивают. Пока нить с тобой, ничего не может случиться, ведь все сделано правильно. Все будет правильно. В случае, если нервничаешь слишком сильно, просто натягивай нить, следи, как она впивается в кожу, затем отпускай и наблюдай, как белая линия становится красной, а потом снова белой, а потом снова красной.
Небольшое сдавливание само по себе приятно.
Нити кажутся мне красивыми.
В целом, это действительно прекрасное средство.
Сегодня я завязал еще пару нитей.

00:07 

i'm easy like sunday morning
Я оказался в небольшом углублении между мощными корнями огромного дуба. Сквозь его широкие ветви, на которых оставалось уже совсем немного бурых листьев, виднелось молочно-белое небо, совершенно однородное во всех направлениях. Ни блика, ни тени, ни очертания облака.
Моя одежда удачно имитировала цвет окружающего пейзажа - черная земля, присыпанная желтовато-коричневыми листьями. Эти листья лежали и на мне, будто я провел здесь уже много времени, и они, медленно осыпаясь, успели покрыть меня почти полностью.
Я оглядывал округу, стараясь не сильно высовываться из своего естественного укрытия. Деревья здесь стояли редко, так что обзор открывался неплохой, зато каждый ствол был таким толстым, что вполне мог скрыть за собой кого-нибудь. Кого-то, кто хотел спрятаться.
Мой дуб стоял у самого края большого плато, буквально в нескольких шагах у меня за спиной начинался резкий спуск, за которым простиралось ярко-желтое поле. Оно будто дышало, так ритмично ветер гнал волны по его поверхности. Я заметил полосу, рассекавшую поле на две неравные части - тонкая прямая дорожка шла куда-то вдаль, туда, где поле упиралось в очередную возвышенность.
Я прислушивался к шороху листьев, стараясь выделить из него какие-нибудь иные звуки. Звуки, порожденные не ветром. Иногда мне чудились шаги, но скоро я понимал, что это всего лишь мое хриплое дыхание при содействии воображения порождает такие иллюзии.
Прошло много времени, прежде чем я решился встать. Но время здесь, казалось, никак не влияет на окружающую действительность: белое небо оставалось белым, день оставался днем, ветер не стихал. Я прошелся между деревьями, постоянно оглядываясь, испуганно взрагивая всякий раз, когда под моей ногой раздавался треск. Но любой звук, любая тень, любое ощущение имели простое объяснение, их причины были либо в ветре, либо во мне. Когда я понял это, во мне стал зарождаться страх совершенно иного рода. Больше я не боялся столкнуться здесь с чем-то или кем-то опасным, внезапным, пугающим. Теперь я боялся не столкнуться здесь ни с чем. Я боялся того, что был здесь совершенно один.

Воспоминания свалились на меня, заставив снова упасть на землю, опять зарыться в мое маленькое убежище у подножия дуба. Я сотню раз блуждал между этими широкими стволами. Я миллион раз ходил по полю - вот моя тропа. И та возвышенность на горизонте - это мое же плато, вот оно. Дорога приводит меня сюда, к этому дубу. Сотню, тысячу, миллион раз. Путь в любом направлении заканчивается здесь же. Здесь его начало и конец.
Мой отчаяный крик прокатился по округе, а потом все стихло. Только ветер продолжал шелестеть листьями.

Открыв глаза, я понял, что оказался в небольшом углублении между мощными корнями огромного дуба. Сквозь его широкие ветви виднелось молочно-белое небо, совершенно однородное во всех направлениях...

18:02 

Жан-Батист Мольер. Мизантроп

i'm easy like sunday morning
Но вздумал одному поэту как-то раз
Я правду высказать взамен учтивых фраз:
Сказал я, что нужны усердные старанья,
Чтоб сдерживать в себе ненужный зуд писанья,
Что надо, разум свой исправно в руки взяв,
Не выносить на свет плоды своих забав
И что желанье всем читать творенья эти
Способны выставить творца в печальном свете.
[...]
Какая же нужда вам рифмы расточать?
Какого дьявола стремитесь вы в печать?
Подчас бездарное прощаем мы маранье,
Но лишь несчастным тем, чье это пропитанье.
Поверьте: победить старайтесь этот зуд,
Не пробуйте идти к читателю на суд.
Издатель ведь - торгаш, доставит вам с охотой
Он славу жалкого, смешного стихоплета;
Останьтесь лучше тем, чем были до сих пор:
Чье имя честное так уважает двор!

02:34 

i'm easy like sunday morning
любого ужасает здесь несовершенство света
как будто все назло, все против, контраверза
в зиме обычно нам так не хватает лета
как здесь - хоть капли свежести и новизны процесса

03:03 

i'm easy like sunday morning
"Я не знаю, как это делается".
Пластиковая карточка оказывается у меня в руке. Я даже не заметил прикосновения.
"Три, восемь, два, два".
Царапин немного, но карта старая.
"Что?"
Он достал ее из кармана. Используется редко, но хранится под рукой.
"Пин-код".
К кому он обращался до меня? Доверить большие деньги случайному человеку - вряд ли, да и много ли людей согласятся? Люди избегают подозрительного и необычного. Друзья, знакомые? Это просто смешно. Родственники? Нет, отсюда мы никуда не придем. Я не он, и нечего пытаться подражать.
Он назвал довольно крупную сумму.
Кто кладет деньги на счет? Это не оплата, к чему такие сложности. Выбрав карту по своей воле, он бы научился ей пользоваться. Этот протест не связан с ленью или неуверенностью.
Чью помощь он отвергает и кому настолько нужно ему помогать?
Черт, как быстро и легко мы перенимаем манеры того, с кем общаемся. Не могу остановиться. Жаль, что нельза так же легко перенять интеллект.
Протягиваю карту и деньги. Он пытается закурить, но сильный ветер в переулке сдувает огонь. Одной рукой он держит зажигалку, второй пытается прикрыть ее от ветра.
"Внутренний карман".
Эта уловка уже начинает надоедать. И - нет, это вовсе не "прикоснись ко мне", не в его стиле. Это вполне осознанное "сделай все за меня".
С демонстративным спокойствием, насколько это возможно, засовываю новые банкноты во внутренний карман пальто. Я стою слишком далеко, мне приходится вытягивать руки, со стороны это смешно.
Киваю на карточку, которая через секунду тоже отправится в карман.
"Брат, да?"
"Ну разумеется".



#

02:23 

нцпз

i'm easy like sunday morning
Как тихо здесь. Пустые коридоры.
Нет эхо - деревянные шкафы
впитают звук. Все плавно и нескоро.
Располагает к обращению на вы.
Особенно унылы стены. Потолок
не часто привлечет внимание гостя.
Да здесь и не бывает никого
кто бы отпрянул вдруг, увидев кости
стен. Поэтому все пахнет здесь тоской.
В оконных рамах щели словно раны.
И в облетевшей штукатурке вижу свой
узор: моря, заливы, острова и океаны.
Пыль покрывает все поверхности, где нет
особых функций. Остального слишком мало.
Стекло всегда блестит и выдает секрет.
Да бог же с ним. Вернемся на начало.
Здесь слишком тихо просто чтобы раз
Не оглянувшись и назвав это игрой,
Пройти по коридору, не боясь,
Что никого не обнаружишь за спиной.

23:30 

i'm easy like sunday morning
Жалок, как же жалок.

URL
21:26 

i'm easy like sunday morning
снова вечер и я снова пьян
не то тем жидким воздухом, который
переполняет вдох, не то оттенком неба,
что черноту свою хранит на дне озер
(так ярко представляется Уолден!),
и то ли улиц бесконечный караван
толкая в спину, подставляет край опорой,
то ли дома так аккуратны и важны, что мне бы
убраться с глаз их в простенький шатер.
я, кажется, совсем иного рода.

04:11 

i'm easy like sunday morning
Дыхание перехватило еще до того, как некто постучал в мой стеклянный кокон, требуя впустить его. Я увидел, что он приближается. Стенки кокона как лед начали плавиться и истончаться с той стороны. Своим взглядом, своим приближением, просто своим наличием некто разогревал мою реальность до ужасающих температур.
Он приближался медленно, будто хотел, чтобы я потерял бдительность. Но я всегда настороже, однако в этом нет смысла. Даже заметив такую опасность, не сможешь ей сопротивляться.
Когда от кокона остался лишь миллиметровый слой, я мог слышать его. Некто подошел так близко, что я сомневался: он еще снаружи или уже внутри?
Его губы касались кокона. Убедившись, что я со своей стороны тоже прижался к кокону, он заговорил.
"Доставка свежих эмоций и чувств. Для вас специальный подарок, сэр", - вот что он сказал.

Так смешно.

02:04 

i'm easy like sunday morning
Я долго держался за реальность, окликивая себя каждый раз, когда сознание пыталось упасть в очередную яму фантазий и мечтаний. Жажда помечтать так долго копилась во мне, что сегодня, когда я, уставший, пришел домой и залез в кокон из одеяла, мечты и фантазии накрыли меня цунами и я даже не мог сопротивляться.
Я оказался там. Я был сценаристом и актером, и зрителем, и критиком. И мое подсознание рассказало мне историю симпатии, никогда не превратившейся во влюбленность или любовь. Историю тяги, никогда не ставшей желанием или страстью. Искренности, так и не породившей доверие. Идеальной недодружбы и недоблизости. Ах, как это было прекрасно.
Мне жаль, что так редко получается по собственной воле погружаться в этот мир между реальностью и сном. Я бы жил только там. А пока единственный способ попасть туда - длительная депривация фантазий. Так же, как депривация сна закинет вас в осознаное сновидение, так и депривация фантазий в конечном итоге унесет вас в сверхосознанную и не осознанную вовсе мечту.

Он не любит женщин, она не любит быть женщиной. Она влюблена в него? Скорее всего. Ей плевать на его предпочтения. Если надо, она подыграет. И позволит ему представлять что угодно, если они все-таки...
Его мотивы мне не до конца ясны. Нравится ли ему ее симпатия? Нет, он не верит в нее. Не привык к такому. Нравится ли ему она сама? Нет, он вообще впервые столкнулся с подобной постановкой вопроса. Но в ней есть что-то, ради чего он тоже готов подыгрывать и представлять. В меру своих возможностей.
Я не понимаю, кто кому врет. Кажется, они и сами не понимают.
Это же абсурд, здесь все на абсурде.
Он доверяет ей самое сокровенное, но боится поведать о банальном. Она отрицает свою сущность, но тут же просит ее принять.
Однажды он говорит ей, что чувствует ее силу, но это сила не нападения, а защиты.
И это самая главная фраза.
Мне нужен человек, обладающий такой силой защиты.

И еще мне просто нужен кто-то, кто скажет, не брежу ли я. Ибо я сам себе уже не могу доверять.

04:24 

i'm easy like sunday morning
Я тут делаю крайне глупую вещь и подумал, что кто-нибудь может мне помочь. Для этого кто-то должен знать испанский хотя бы немного.
Думаю, что не имеет смысла объяснять, что именно я делаю, все понятно из следующего:

Angulo eterno,
la tierra y el cielo.
(Con bisectriz
de viento.)

Angulo inmenso,
el camino derecho.
(Con bisectriz de
deseo.)
Ангуло этЭрно
ла тьЕрра и эль съЕл'о
кон ???
дэ вьЭнто

Ангуло инмЕнсо
эль камИно дерЕчо
кон ??? дэ
дэсЭо


bisectriz = бисектрИз? нигде не могу найти.
Остальное хоть более-менее правильно? У меня словарь говорит слова вслух (для неумеющих читать транскрипции), но вдруг я неправильно слышу.

05:03 

i'm easy like sunday morning
Вот как я это себе представляю.
Один - высокий, смуглый, с перепачканной краской одеждой и руками, с игривым взглядом и легкой усмешкой. Второй невысок, и вроде бы ничего примечательного в нем нет. Одежда на нем опрятна, но как будто легкая небрежность скользит во всем его образе. Небрежность эта всегда "слегка": слегка взъерошенные волосы, слегка помятая рубашка, и взгляд тоже слегка расфокусирован, будто он смотрит немного дальше, чем есть на самом деле.
Когда второй начинает читать вслух, голос у него хриплый. Но он не всегда такой, просто второй давно не говорил. К тому же на голосе сказывается его волнение, и его неуверенность. Он говорит так, будто сам создает лишь барьеры для воздуха, чтобы получались нужные звуки, но при этом воздух течет через его гортань сам. Как будто не может усилием мышц подчинить этот поток воздуха. Получается тихо, хрипло, но это только начало.
С каждой строчкой его голос становится увереннее, и уверенность эта граничит с отчаянием. Так уверен тот, кому больше нечего терять.
Вначале он сидит, низко наклонившись над бумагами, но ближе к концу вскакивает и в этот момент голос его срывается на крик. После этого он снова говорит тише, снова появляется хрипота, но уверенность остается до конца. Заканчивая читать, он может сделать что-то такое, что опустит его обратно на поверхность. Ему нужно сделать что-то, что позволит снова закрепиться в комнате, стать обратно собой. Он может, например, спокойно положить лист бумаги, который держал в руках, на стол, и, не убирая от него рук, медленно сесть.
С самого начала чтения и до конца сцены он не смотрит на первого. Особенно после окончания чтения - тут его усилия, которыми он заствляет себя не поворачиваться к первому, могут стать заметными. Он сможет бросить на него взгляд, только когда первый заговорит.
После чтения первый действительно заговаривает, но не сразу, а спустя несколько минут. Не суть, что он говорит. Любая фраза из уст первого будет для второго похвалой.
Все это происходит вечером. Окно комнаты открыто и уставшее солнце заглядывает в него, освещая обоих и бросая их тени в противоположную стену. После чтения солнце уже почти село. За окном стрекочут кузнечики или кто там обычно стрекочит, слышны негромкие звуки со двора: детский смех, крики взрослых, зовущих детей домой, звонок велосипеда и лай собаки.
Первый садится за стол рядом со вторым. В это время второй низко наклонился над бумагами, что-то исправляет. Первый тоже наклоняется низко, они соприкосаются головами. Солнце садится, комната все темнеет, пока тьма не становится настолько густой, что мы перестаем видеть двоих.

16:52 

i'm easy like sunday morning
Рано утром город состоит из констант. В отсутствии переменных
- людей.

easy listening

главная